Я читаю все комментарии под видео и стараюсь по возможности на них отвечать. И именно из комментариев у меня часто появляются идеи для будущих полетов. Причем речь не только о популярных направлениях, но и о городах, маршрутах и авиакомпаниях, которые без таких подсказок могли бы еще долго не попасть в мои ближайшие планы.
Я вижу эти приглашения, запоминаю их и записываю. За последнее время в таком личном списке чаще всего повторялись Красноярск, куда я уже слетал и про который у меня есть отдельный материал, мой рассказ о перелете во Владивосток и Красноярск, Новый Уренгой, Баку и Ургенч, откуда уже можно ехать в Хиву. Я стараюсь планировать такие поездки даже тогда, когда изначально их не было в ближайшем календаре.
С Новым Уренгоем история получилась особенной. До Ямало-Ненецкого автономного округа добраться не так просто, а цены на перелет обычно заметно выше, чем по многим другим внутренним направлениям. Более-менее адекватные варианты у меня появлялись в основном в марте–апреле, когда, возможно, большого пассажиропотока еще нет. В какой-то момент я понял, что дальше откладывать уже не хочется, и купил билет. Так появился этот маршрут с ночным рейсом авиакомпании «Ямал» из Москвы, несколько часов в Новом Уренгое и обратный вылет в тот же день. Видео из этой поездки можно посмотреть у меня на канале здесь видео о поездке в Новый Уренгой на YouTube , а ниже — подробный рассказ про этот день по порядку.
Ночной Домодедово перед вылетом
В апреле 2026 года, в середине весны, из Москвы в газовую столицу России напрямую было два почти синхронных ночных рейса авиакомпаний «Ямал» и S7 и один дневной из Шереметьево. В аэропорт Домодедово я приехал за два с половиной часа до вылета. На привокзальной площади все еще шла стройка, и работал только один вход. Внутри — стандартный контроль безопасности, одна рамка, два интроскопа и никакой очереди. Захожу в терминал и сразу ощущаю огромное пустынное пространство. Из-за отсутствия очереди на контроле на входе каждого проверяют тщательно. Меня попросили снять куртку, ремень и включить экраны всех устройств — почти как отдельный предполетный досмотр.
У стоек регистрации S7 никого, у зоны эконом-класса тоже, со стороны бизнес-класса аналогично. Сотрудники при этом находятся на своих местах. Отсутствие объявлений и фонового шума создает ощущение, что что-то не так. В центральной зоне Домодедово обычно не протолкнуться. У «Уральских авиалиний» сотрудники скучают в телефонах, все посты безопасности на центральном входе закрыты, а в международное крыло я в этот раз не пошел — как-нибудь в следующий раз, когда будет полет за границу.
Единственная очередь и активность были около регистрации авиакомпании «Ямал», на которой у меня сегодня и был полет. Около колонны замечаю весы и взвешиваю рюкзак. Почти пять с половиной килограммов, а по ощущениям — все десять. Одновременно регистрируют два рейса «Ямала». В Новый Уренгой и в административный центр Ямало-Ненецкого автономного округа — Салехард.
Очередь идет быстро, приглашают пассажиров и на стойку для бизнес-класса. У меня тариф без багажа, место выбрано заранее, посадочный получаю сразу. Сотрудница говорит идти на второй этаж, в зону D. И все равно пустой Домодедово выглядит непривычно. Второй этаж напоминает восточный базар: подарки, кафе, рестораны — все работает, хотя сам аэропорт почти спит. Удивляет большая зона с табло перед проходом к внутренним рейсам. Потом приходит и ответ на вопрос, почему в терминале такая пустота. Ночью всего несколько вылетов, а после рейса в Салехард в три часа ночи следующий только в 08:25 утра.
Сначала сканируешь посадочный на воротах, а буквально через шаг снова показываешь посадочный и паспорт уже человеку, который ставит штамп. Такая маленькая бюрократическая матрешка. Зона контроля безопасности неожиданно приятная, в ней много постов, мягкий ковролин и ощущение почти гостиничного холла. Правда, и здесь еще раз попросили включить все устройства и проверили мощность зарядного аккумулятора. В чистой зоне ловлю себя на мысли, что больше похоже на торговый центр. Здесь магазины в одну сторону, магазины в другую. Последний раз я вылетал из Домодедово примерно два года назад — это был рейс в Волгоград на S7 Airlines, и за это время терминал заметно изменился. Мой выход — D5. В новых окнах ночью почти не видно перрон, потому что они работают как зеркало. Иду в левое D-крыло. Напротив, если идти направо, будет C-крыло, откуда обычно вылетает S7. На стоянке у телетрапа всего один самолет. Есть приглашение в бизнес-зал «Сфера», но ночью есть не хотелось, да и сам терминал был слишком интересен, чтобы сразу уходить в зал.
До вылета около полутора часов, и на стоянке уже стоит борт, который должен выполнять мой рейс, — Airbus A320 авиакомпании «Ямал». Подозрительно никого нет, создается ощущение, что его еще даже не начали готовить. На другой стороне перрона у международного терминала стоит Boeing 737-900 Somon Air из Душанбе, а у соседнего выхода — другой борт «Ямала», уже Sukhoi Superjet, который полетит позже в Салехард. До начала посадки еще около получаса, и я иду прогуляться по терминалу. Самый нижний этаж темный и закрыт. Обычно оттуда идет посадка через автобусы, но, похоже, сейчас большинство рейсов обслуживаются через телетрапы. Внутри много закрытых магазинов и кафе. На первом этаже стоит кулер, где можно набрать кипяток или холодную питьевую воду, — очень полезная вещь, особенно если посмотреть на стоимость воды у продавцов.
В переходе между крыльями C и D огромное пространство. Если убрать кресла для ожидания, получится то ли футбольное поле, то ли площадка под концерт. По дороге вспоминаю, что где-то видел новости о ребрендинге авиакомпании «Ямал», но и письмо с подтверждением билета пришло со старым логотипом, и на самолетах на перроне тоже пока старый логотип. Интересно, сколько бортов уже успели перекрасить. На посадочном время окончания посадки указано с точностью до минуты — до 01:04. Подхожу к выходу и вижу, что самолет уже вовсю готовят. В хвостовую дверь загружают питание, у крыла идет заправка, подведен телетрап, в кабине готовятся пилоты. В самолет приглашают с задержкой примерно в двадцать минут.
В Домодедово посадка проходит удобно. Перед выходом документы дополнительно не сверяют, просто сканируют код, и пассажиры проходят по одному. В Шереметьево на этом этапе обычно еще раз смотрят паспорт и просят предъявить его на входе в самолет. Понимаю, зачем это делают, но здесь просто фиксирую разницу.
Airbus A320 «Ямала». Тесный салон, но хороший сервис
В салоне встречают два ряда бизнес-класса — восемь кресел. Классические реклайнеры с подставкой для ног. В экономе — привычная схема 3–3, и кресла на первый взгляд выглядят новыми. Но как только сажусь на свое место, появляется главный вопрос: как в Airbus A320 можно было сделать настолько тесно? Колени упираются в кресло впереди, руку нормально просунуть невозможно. Это первый раз, когда я попадаю на такой маленький шаг кресел в A320. В подлокотниках сохранились пульты старой индивидуальной медиасистемы — привет из другой авиационной эпохи. Есть вероятность, что сами кресла исторически не от этого самолета. До «Ямала» этот борт успел полетать у филиппинского лоукостера. Кресла не особенно комфортные, они низкие, неудобно положить голову, подголовников нет. На антимакасарах опять старый логотип авиакомпании. На этом фоне ребрендинг выглядит пока очень частичным.
При этом экипаж работает отлично, помогает всем размещать вещи на багажных полках. Рейс оказывается не полным, и место рядом со мной никто не занимает, так что хотя бы появляется возможность чуть лучше разместить ноги. В кармашке кресла — инструкция, увесистый бортовой журнал и брошюра со спортивными активностями Нового Уренгоя. До этого момента я, например, не знал о существовании снежного волейбола в таком контексте.
Экипаж представился и провел демонстрацию спасательного оборудования. Нас долго выталкивали на место запуска, а потом еще минут десять мы одиноко рулили. Командир воздушного судна — Евгений Мелесов. Он сообщил, что лететь три часа, высота — десять тысяч метров. Взлетели с задержкой в 27 минут от расписания. В салоне случилась магия двух часов ночи. Вокруг меня почти все пассажиры мгновенно заснули. Но выспаться не получилось. Спустя несколько минут после выключения табло «пристегнуть ремни» включили освещение, сделали несколько объявлений по сервису и сказали готовиться к завтраку.
Для трехчасового ночного рейса выбор оказался неожиданно роскошным: картофельная запеканка с олениной, сладкие блинчики или омлет с сосиской. Мне по-настоящему есть не хотелось, но я все равно взял горячее — просто чтобы понять, какой сервис дает авиакомпания на таком рейсе. Дополнительно предлагали холодные и горячие напитки. Еще во время покупки билета можно было заранее заказать специальное питание. Туалет был чистый, классический, салфетки и мыло на месте. Новый Уренгой находится к северо-востоку от Москвы, и примерно через полтора часа полета начался рассвет. Мусор забрали в тот момент, когда объявили о начале снижения. Самолет сделал два левых разворота, и в иллюминаторе уже стал виден город. Аэропорт находится практически в его черте. В Москве в это время уже весна и начинают цвести деревья, а на Ямале снег все еще полноценный элемент пейзажа.
Через пару минут после посадки заруливаем на стоянку. Похоже, выход будет через телетрап. Пассажиры, конечно, встают еще до полной остановки самолета. Обращаю внимание, что закрылки не убрали, хотя на улице околонулевая погода и без осадков. Салон после полета оказался чистым, а в самом телетрапе вместо обычной рекламы брендов размещены плакаты про значимые спортивные мероприятия региона. Мне это понравилось. А затем открывается вид на новый терминал Нового Уренгоя в форме чума, который у северных народов является символом дома, стойбища и путешествия. Airbus A320, на котором я прилетел, уже готовят к следующему рейсу.
Новый терминал и дорога в город
Дальше начинается маленький архитектурный квест. Сначала нужно спуститься по ступенькам вниз, потом пройти по уютной галерее, затем снова подняться наверх на эскалаторе, пройти небольшой участок и через автоматические ворота опять спуститься вниз. Получается так что вышел из самолета, спустился, прошел, поднялся, прошел и снова спустился. С разницей примерно в десять минут прилетает еще один A320 — уже S7 из Москвы, тоже из Домодедово. У него, кстати, закрылки тоже оставили выпущенными.
Выдача багажа проходит в просторном зале с двумя каруселями. На выходе стоят мужчины и предлагают такси — последний раз такую картину я видел в Сочи. Один из них не отставал от меня почти до самого выхода на улицу, где уже стояла следующая группа. Мне нужен общественный транспорт. В аэропорт заезжает несколько маршрутов, и почти сразу подходят два автобуса на выбор — №1 и №3. Оба идут до железнодорожного вокзала, но разными улицами. Стоимость проезда для жителей региона и для всех остальных отличается, я заплатил 43 рубля. Планов у меня на этот день изначально не было. В этой части России я оказался впервые в жизни, так что решил начать знакомство с городом от железнодорожного вокзала. До обратного вылета оставалось восемь часов, через шесть нужно было уже снова быть в аэропорту. Спать хотелось очень сильно, но именно это короткое окно и становилось временем для исследования Нового Уренгоя.
Что посмотреть в Новом Уренгое за несколько часов
Я просто вбил в поиск «достопримечательности Нового Уренгоя» и поехал по знаковым точкам города. Начал с вокзала. Отсюда ходят прямые поезда из Москвы, время в пути — два дня и 14 часов. Главная точка, которую упоминают почти все путеводители, — тепловоз, который в 1982 году первым прибыл на станцию и привез материалы и продовольствие для развития будущего города. Новый Уренгой — молодой город, основанный в 1975 году, неофициальная газовая столица России. Следующий памятник находится буквально через дорогу. По пути замечаю странный автобус, который отличается от обычных городских маршрутов. Возможно, идет без остановок в аэропорт. В интернете заранее я про него ничего не видел.
Второе знаковое место — памятник пионерам освоения Уренгоя. Он посвящен тем, кто осваивал Север и Уренгойское месторождение. Интересная аллегория — женщина с факелом. На площади в этот момент маневрировала машина для уборки снега, так что пришлось отойти подальше. Сам город выглядит необычно. Все вокруг так или иначе связано с газом, много машин с логотипами газовых компаний, люди в униформе с брендами известных добывающих предприятий.
До поездки я читал, что здесь зима длится более 250 дней в году, температура минус 30 никого особенно не удивляет, а летом бывают полноценные белые ночи. Население — около 110 тысяч человек, а средняя зарплата в городе одна из самых высоких в стране. Даже в таком небольшом городе есть пробки. Перед следующей точкой я решил позавтракать, открыл карту и нашел кафе с хорошими отзывами. По дороге увидел классный мурал на стене. Несколько других, посвященных северу, я замечал еще по пути из аэропорта.
Кофейня находится на первом этаже пятиэтажки и называется «Двое и кофе». Внутри уютное пространство, стандартный выбор напитков, есть десерты, но без полноценной еды, потому что нет кухни. Я взял круассан и чай с собой. На вкус получилось не идеально, но и от Парижа, прямо скажем, далековато. После кафе я вышел на длинную улицу, на которой был залит каток. Скорее всего, он работает в вечернее время. Посреди тротуара одиноко стояли детские электрические санки с гусеничным приводом — почти как самокаты, только по-северному.
Само это городское пространство мне понравилось. Наверное, по вечерам здесь бывает особенно живо. Рядом же находится городской туалет — удобно. Здесь же еще одна арт-достопримечательность города. Из-за снега этого почти не видно, но все буквы выполнены как единая газовая труба, а между словами расположен вентиль. На площади установлены качели, а за ними — обычный панельный дом с фасадом в стиле советского авангардизма. В этом есть конечно своя логика. Новый Уренгой изначально строился как индустриальный проект освоения Севера, как передовой край большой работы, и такой визуальный язык здесь смотрится вполне уместно.
Еще одна городская точка — через дорогу. Это культурно-спортивный комплекс «Газодобытчик», где проходят спортивные события, концерты и театральные постановки. Внутрь я уже не пошел. Следующая точка находилась примерно в 40 минутах пешком, поэтому я решил доехать на автобусе. Ждать его удобнее на остановке с отоплением, где на экранах все еще крутились предупреждения о страхах давно минувших и уже почти забытых дней. Из окна автобуса заметил ТЦ с авиационной тематикой — «Вертолет», а перед ним установлен настоящий вертолет.
Памятник бородинскому хлебу и подготовка к важному празднику — День оленевода
Я вышел на остановке и пошел в сторону памятника, который довольно часто упоминается в путеводителях по городу. Он находится напротив храма Серафима Саровского. Это памятник бородинскому хлебу, открытый в 2012 году к двухсотлетию Бородинского сражения. А дальше случился, пожалуй, самый неожиданный эпизод всей прогулки. Разворачиваюсь — и вижу на берегу замерзшей реки чумы. Рядом ратраки ровняют снег, и по ощущениям там явно готовят какую-то большую площадку. Оказалось, что уже на следующий день здесь начинается День оленевода. Нужно было прилетать на день позже.
Как объяснил местный житель, это главный праздник региона, и ажиотаж вокруг него не меньше, чем вокруг крупного спортивного чемпионата. Абсолютно аутентичная северная атмосфера: гонки на оленьих упряжках, еда, быт, концерты, национальные соревнования. Нескольких настоящих оленеводов я действительно увидел. В этот момент я даже поставил себе напоминание в календарь — в следующем году стоит вернуться сюда уже специально под этот праздник. К этому моменту основные достопримечательности я уже обошел. Оставались еще Площадь Памяти и парк «Душа Ямала», но туда мне рекомендовали ехать уже в теплое время года. Пора было возвращаться в аэропорт.
Аэропорт Нового Уренгоя. Современный чум и редкие самолеты
Новый терминал аэропорта Нового Уренгоя, открывшийся в 2023 году, был задуман как смелая современная интерпретация традиционного северного чума — жилища, защищающего от сурового арктического климата, который я сам ощутил за эти несколько часов. Удивительно органично вписавшись в ландшафт Ямала, терминал аэропорта не выглядит чужеродным элементом среди бескрайних просторов тундры, наоборот, кажется, будто здание выросло прямо из местной земли, вобрав в себя суровую силу природы и мудрость северных народов. В отличие от безликих международных стандартов, здесь архитектура говорит на языке родных для региона символов, мягко через дерево, деликатно через масштаб и пропорции, близкие человеку севера. Старый терминал сейчас не работает.
Захожу. Внутреннее пространство терминала впечатляет продуманной простотой и теплотой. На потолке будто повис уютный ковёр, напоминающий то ли шкуру северного оленя, то ли защитный покров жилища, невольно вызывая воспоминания об аэропорте в Ушуайе, где был несколько лет назад. Прямо на входе взгляд встречает табло с многочисленными рейсами. В интерьер умело вплетено и современное искусство. Рядом с кафе застыли фигуры идущих людей, устремлённых в разные стороны. До моего вылета остаётся около двух часов — отправляюсь на регистрацию. Билеты и места на рейс были выбраны мною заранее, за 575 рублей в каждую сторону. Здесь меня встречает инновация, которую я вижу впервые. Чемодан не нужно поднимать на ленту вручную — достаточно поставить рядом, и багаж, словно по волшебству, аккуратно взвешивается и исчезает по направляющим. У девушки на стойке регистрации, словно у хранительницы дорожных секретов, наготове целая коробка разнообразных бирок и наклеек, отражающих многоликость мира авиакомпаний.
Получив посадочный, направляюсь на второй этаж, где ещё раз окидываю взглядом просторный холл, исполненный северной строгости и теплоты одновременно, и прохожу к контролю безопасности. Здесь снова внимательный взгляд на паспорт и билет — последний ритуал перед началом путешествия в небо. В чистой зоне сразу вижу Sukhoi Superjet «Ямала» (бортовой номер RA-89071), который полетит в Салехард. Время в пути — 50 минут. Начинается снег, и я надеюсь, что на мое время вылета это не повлияет. Зона вылетов внутри такая же просторная и комфортная. У другого выхода, сквозь портрет Ивана Михайловича Губкина, видно Boeing 737-400 Utair (бортовой номер: RA-73065), который полетит в Уфу. Для нынешнего времени это уже редкая модификация, а самому самолету почти тридцать лет. Наконец-то вижу первый борт «Ямала» в новой ливрее. Хорошо, что оставили медведя на хвосте. Выглядит красиво. Этот самолет должен лететь в Минеральные Воды, почти пять часов в воздухе.
Аэропорт Нового Уренгоя работает не круглосуточно, и мой рейс в Москву Домодедово в 16:55 фактически является последним ежедневным вылетом. После этого аэропорт закрывается, если не случается форс-мажоров. Как раз в это время на полосу садится самолет, который и будет выполнять мой рейс. На перроне, кстати, в этот момент пытаются решить проблему с лужей, пробивая сток канализации. Самолет подруливает к терминалу, и становится ясно, что это тот же самый борт (бортовой номер этого Airbus A320 (RA-73692), который утром привез меня сюда. За день он успел слетать туда-обратно в Шереметьево и теперь снова возвращается в Москву. Мне стало интересно, почему же в нем так тесно. Может быть, у других авиакомпаний просто меньше рядов? Но, например, у S7 в экономе те же 156 кресел, а ощущения такой тесноты нет.
Обратный рейс Новый Уренгой — Москва
Примерно через 45 минут объявляют посадку. В терминале к этому моменту уже почти никого нет. Последний пассажир, заходящий в самолет, по ощущениям должен выключить свет. Заходим через тот же телетрап, что и утром. Еще раз смотрю на два ряда бизнес-класса с большими креслами. В этом полете мне снова будет сидеть довольно тяжело, только теперь уже по другую сторону салона. Бортпроводница строго напоминает о запрете пересаживаться на свободные места. Хотите выбрать место — бронируйте заранее. Формально логика понятна, хотя при неполной загрузке салона это звучит немного сурово. Впрочем, рядом со мной весь полет так никто и не сел. Из-за мокрого иллюминатора происходящее на перроне снять невозможно. Нас выталкивают с небольшой задержкой. Командир представляется только Александром и говорит, что расчетное время полета — три часа тридцать пять минут. После этого самолет проходит противообледенительную обработку и начинает руление на взлет.
Если в Новый Уренгой из Домодедово лететь около трех часов, то обратно — уже примерно три с половиной. Для такого расстояния разница заметная. Понимаю, когда час разницы появляется на маршруте вроде Южно-Сахалинска, где лететь восемь часов, но здесь невольно задумываешься, не закладывается ли в расписание дополнительное маневрирование в московской зоне. В салоне одна лампа освещения нервно моргала. Начали обслуживание. Если на рейсе из Москвы работали две тележки — с начала и с конца салона, то здесь только одна. Из-за этого выбор горячего к моему ряду почти закончился, и сначала мне досталась только курица с гречкой. Но потом бортпроводницы откуда-то принесли одну запасную касалетку с рыбой. Может быть, буквально поделились своей. Дополнительно наливали холодные и горячие напитки и без проблем доливали по просьбе пассажиров. После примерно двух с половиной часов сна загорелось табло «пристегнуть ремни», и экипаж сообщил о начале снижения. И именно в этот момент особенно ясно стало ощущаться, что попасть в Новый Уренгой или Салехард не так просто: либо долго на поезде, либо дорого на самолете. Профиль региона предполагает высокий платежеспособный спрос, и это, похоже, отражается в тарифах. Для туриста направление получается не самым простым. К большому сожалению.
Я не остался в городе с ночевкой как раз из-за отсутствия адекватных цен на гостиницы в эти дни, да и мест для размещения было не так много. Скорее всего, свою роль сыграл и День оленевода. А в этот момент мы уже заходили на посадку в весеннем Домодедово.
Возвращение в Домодедово и выводы
После посадки съезжаем с полосы. На стоянках вижу три законсервированных Airbus — «Уральских авиалиний», S7 и Red Wings. Чуть дальше стоит Boeing 777-200, который выглядит тоже как будто выведенным из эксплуатации, но, судя по подключенному наземному источнику и открытому капоту двигателя, с ним ведутся какие-то работы. Последний рейс, как я понял, этот самолет выполнил в феврале со Шри-Ланки.
Еще дальше — печальный ряд нелетающих A320neo S7 из-за проблем с двигателями. Хочется верить, что их удастся вернуть в небо. Мы быстро рулим мимо терминала, и появляется ощущение, что нас поставят на удаленную стоянку. У международного сектора видно Embraer «Белавиа» из Минска, Boeing 777 Ethiopian Airlines и Як-42 «Ижавиа», который сегодня прилетел из Ижевска и на следующий день должен улететь обратно. Затем бортпроводник объявляет всем оставаться на своих местах, потому что самолет будут буксировать. Так и сидим минут пятнадцать. Командир выходит на связь, извиняется за ожидание и говорит, что аэропорт не может предоставить тягач. В это время к терминалу рулит борт FlyOne Armenia из Еревана, почти темнеет, а мы все еще ждем. Когда буксировка наконец начинается, пассажиры даже немного аплодируют.
Мне почему-то казалось, что «Ямал» базируется где-то на Севере и, значит, заинтересован в максимально быстром обороте самолета в Москве. Но по факту база у них здесь, и дополнительные 20–30 минут на постановку борта на дальнюю стоянку выглядят нормой. При этом официально авиакомпания зарегистрирована в Салехарде. Наконец самолет устанавливают на место, еще пару минут ждем трап и начинаем выходить. Мои ощущения от авиакомпании такие: отличное обслуживание, хороший выбор еды, в целом нормальная пунктуальность. Но есть вещи, о которых сложно не думать. Шаг кресел в экономе получился минимальным, и я не очень представляю, как бы сидел весь полет, если бы рядом был сосед. И, конечно, высокие цены на перелеты в такой уникальный регион тоже нельзя не отметить.
Дальше была долгая поездка на автобусе по перрону и очередной выход в почти пустой терминал Домодедово, где фактически были только пассажиры рейса из Нового Уренгоя. Я даже не сразу нашел нужный выход. Заказал такси через «Яндекс», машина уже ждала на площади. Так и закончился этот день — прощальным взглядом на Домодедово, в котором я теперь бываю не так часто. Наверное, главный вывод из этой поездки такой. Новый Уренгой оказался не просто еще одной точкой на карте и не только «полетом ради полета». Это направление, где быстро понимаешь, насколько сильно логистика, сезонность, цены на билеты и даже цены на гостиницы влияют на само путешествие. Ямал для туриста — не самый простой регион, но именно поэтому он и запоминается сильнее.
При этом первое знакомство получилось очень поверхностным, почти разведочным. Я увидел новый терминал, несколько городских точек, кусочек повседневной жизни газовой столицы и предчувствие большого северного праздника. И, кажется, правильный вывод здесь не в том, что «я съездил и тему закрыл», а в том, что сюда нужно возвращаться уже осознанно — возможно, специально под День оленевода и точно с большим запасом времени. Видео из этой поездки я добавлю здесь же: ССЫЛКА НА YOUTUBE. А если у вас есть идеи, куда лететь дальше, — комментарии я по-прежнему читаю, маршруты записываю и очень многие из них рано или поздно превращаются в реальные поездки.
