Уже несколько лет между Россией и США нет прямых перелётов — и летом 2026 года ситуация не изменилась: добраться через океан можно минимум с одной пересадкой и дополнительными часами в пути. Этот рассказ — о моем путешествии лета 2025 года по маршруту Москва — Абу-Даби (AUH) — Нью-Йорк с авиакомпанией Etihad, где граница США (US Preclearance) встречает раньше, чем самолёт долетает до Атлантики. Маршрут, стыковки и порядок прохождения американской границы в Абу-Даби работают точно так же и сейчас.
Вечер рабочей недели: метро и Шереметьево
В завершение рабочей недели самый быстрый способ добраться до Шереметьево — метро: так получается миновать семибалльные пробки и двукратный коэффициент на цену такси. Сначала красная ветка московского метро, на «Охотном Ряду», в самом центре, — переход на зелёную ветку, самую шумную, на мой взгляд. Попадается новый поезд, хотя обычно на этой линии старые шумные составы, на которых невозможно ехать без наушников с шумоподавлением. На следующей станции в вагон заходит колоритный зелёный персонаж, мужчина в зеленом детском костюме — и даже подсветка салона соответствует вайбу Крокодила Гены. За наблюдениями не сразу удалось заметить объявление: до конечной станции Ховрино этот состав не доедет, всех высадят на «Соколе». Прощай, зелёный попутчик — впереди ожидание следующего поезда.
Кстати, станция называется «Аэропорт» не по ошибке. В 1938 году, когда открылось метро, здесь находился центральный международный аэропорт Москвы — Ходынка. Сейчас всё застроено, но название осталось. Следующий состав как раз из шумных. Конечная Ховрино; если идти по указателям, около выхода — остановка автобусов Аэроэкспресс в аэропорт Шереметьево. Они делятся на те, что едут в южный и северный терминальные комплексы. Каждая поездка на них это повод отметить очередное подорожание: если пассажиров двое или трое, проще взять такси. На сегодня цена аж 350 рублей за человека. Билеты продают прямо у входа в автобус, отправление частое, каждые 10–15 минут, а в пути по платной трассе M11 — минут двадцать.
В Шереметьево остановка у терминала C расположена почему-то не у самого входа: нужно пройти ещё метров сто пятьдесят мимо ворот выхода пассажиров, где из-за этого возникает толкучка. Вот бы перенести остановку дальше.
Регистрация Etihad и буквы SSSS в посадочном
Вход, второй этаж, зона регистрации. Логотип Etihad на стойках — и сразу хвост огромнейшей очереди. Как так получилось? До вылета два часа. Стоит пройтись и посмотреть: точно все летят в Абу-Даби? И правда, две огромные очереди: одна — сдать багаж для уже зарегистрированных, вторая — для всех остальных пассажиров. Нужно было приезжать чуть раньше.
Стойки бизнес-класса пустуют и, что приятно, приглашают людей из обычной очереди. На регистрации появился экипаж Etihad — вместе с пилотами четырнадцать человек. Форма стильная, роскошная и сразу передаёт национальный и премиальный характер авиакомпании. Экипажу раздали багажные бирки; каждый аккуратно прикрепил свою к чемодану и отправил багаж в путешествие по ленте. Для них рейс в Москву — эстафетный: самолёт передаётся свежему экипажу, который прилетел сюда ещё вчера и уже успел прогуляться и выспаться.
На рейсе три пилота. У командира четыре полоски на рукаве, за ним стоит курсант с одной полоской, а второй пилот с тремя полосками с другой стороны. Пожелаем курсанту побыстрее стать командиром. На отдельной стойке супервайзер в форменной одежде. На небольшой вопрос она отреагировала приветливо, но ничем не помогла, оставшись в рамках стандартных слов и без энтузиазма. Рядом шла регистрация рейса Oman Air — там было как-то немноголюдно. Бизнес-стойки, приглашающие эконом на обслуживание, ускоряли движение, и минут через сорок подошла моя очередь. Из-за следующего рейса в США агенту понадобилось больше времени. Проверял визу, адрес пребывания, сверял данные. И вот, когда он уже клеил багажную бирку, на ней обнаружились четыре буквы S. Настоящий джекпот. Такие метки конечно же не случайность: это потенциальные приключения, причём не самые приятные.
Таможня, граница и досмотр пройдены быстро. Сразу за окном около телеграфа стоит самолёт, которому предстоит рейс в Абу-Даби. У авиакомпании долгий оборот в Шереметьево: между прилётом из Арабских Эмиратов и обратным вылетом почти пять часов, тогда как обычно оборот занимает часа два-три. Дальше — мимо дьюти-фри с простой идеей: перекусить и найти воды. В это время в Шереметьево множество вылетов. В одном кафе сидит плюшевый медведь, вот вроде бы элемент декора и привлечения. Забавный, но рядом табличка с суровыми словами «Руками не трогать!» — вот чуть ли не с угрозой, а по-английски и вовсе звучит агрессивно. Хорошо хоть смотреть разрешают. И на том спасибо.
Бутылочка негазированной воды стоит аж 465 рублей за пол-литра. Серьёзно? Это терминал деловой авиации? Кафе «Лалибела», вы явно ошиблись с местом. Нет слов. Через пару шагов стоит автомат с точно такой же водой, но уже вдвое дешевле. Хотя и эта цена, если честно, вдвое выше разумной. Фонтанчиков с бесплатной водой не видно: видимо, либо спрятаны, либо стесняются. Теперь о самолёте, который сегодня на рейсе. Это Boeing 787-9 Dreamliner, выпущенный в июне 2019 года и прямо с завода отправившийся в Etihad. Летает по всей маршрутной сети авиакомпании: до рейса в Москву прилетел в Абу-Даби из Франкфурта-на-Майне, а после отправится в Джакарту. Видно, что экипаж уже занял места в кабине и готовится к полёту.
У выхода на посадку номер 125 стою ровно за час до вылета. Следующий рейс отсюда тоже в Абу-Даби, в полдень, а затем в Сухум. Через несколько минут пришли сотрудники, работающие на посадке, открыли двери и начали готовиться. Мне выпала роль того самого пассажира, который подходит к стойке первым, застывает, как памятник нетерпению, и начинает понемногу нервировать и себя, и сотрудников: вдруг самолёт улетит? Честные попытки втянуть в это дело других успехом не увенчались — целых десять минут в гордом одиночестве.
Есть в этом и плюс: в самолёт пропустили первым. Отсканировали посадочный, посмотрели паспорт и пригласили в телетрап. Непривычно идти, когда никого нет; перед самым входом на борт появляется сотрудник наземной службы: проверка пограничниками ещё не закончена, нужно подождать. Всё было культурно. В ожидании удалось рассмотреть интересный интерьер Etihad. На полу паркет, кухня из тёмного дерева. Доносятся звуки знакомой речи т.к. как минимум два члена экипажа русскоязычные.
Boeing 787-9: ночной рейс в Абу-Даби
На входе проверяют посадочный и направляют, в какой проход идти — ближний или дальний. Место с правой стороны — значит, дальний. В салоне полумрак: освещение будто нарочно работает не на полную мощь, создавая уют и ощущение дорогого ресторана. И вдруг — аромат. Не обычный привычный запах, а, похоже, салонный парфюм. Будто вошёл не в самолёт, а в лобби дорогого курортного отеля.
Это первый полёт с этой авиакомпанией, и, честно сказать, впечатление с первого взгляда сильное. Кресла стильные, продуманные, рельефные. Видно: здесь уделяют внимание не только технике, но и настроению с ощущением. Сразу бросается в глаза набор для пассажира это весомый чемодан уюта, который авиакомпания заботливо собрала в дорогу. Плед аккуратно и с любовью свёрнут. Подушка большая, мягкая, с нежной сатиновой наволочкой, на ощупь почти как дома. Разве что кота не хватает.
Интересные подголовники: одна сторона фиксирована, другая может двигаться. Раньше такой формат не встречался. В кресле напротив находится большой экран системы развлечений и небольшой экран на пульте управления. В панели гнездо для наушников, обычный USB и зарядка под разные форматы. Отличный набор для перелёта. Ещё ништяки в симпатичном мешочке, оформленном в стиле зелёной эко-ливреи другого 787: внутри, как обычно, беруши, маска, носки и что-то ещё для дальнего перелёта.
Место в 33-м ряду, с видом на главное украшение Dreamliner — его огромное композитное крыло. Крыло не простое: во время полёта оно может изгибаться вверх почти на четыре метра. Это не дефект, а инженерное чудо. В багажный отсек всё продолжали загружать контейнеры — один за другим, целых двенадцать. Ещё немного и лайнер начали буксировать на точку запуска. Командир вышел на связь, поприветствовал на двух языках и сообщил время полёта до Абу-Даби: пять часов пятнадцать минут. Тем временем на перроне кипела жизнь: готовили к вылету три «семёрки» авиакомпании Southwind в Анталью, а перед нами на рулёжке прошёл борт China Southern, который вылетал в Шэньчжэнь.
В аэропорту в этот час было не слишком оживлённо, немного взлётов и посадок. Это позволило вырулить на полосу быстро, без остановок, и сразу начать взлёт. Отклонение от расписания всего пятнадцать минут. Разбег плавный, взлёт такой же. Место у окна с видом на север: с одной стороны небо всё ещё в белых ночах, а с другой словно навстречу идёт тьма. Сильный контраст: свет не сдаётся, но ночь подступает. Набор высоты получился каким-то активным: глубокий правый разворот и снова в сторону Москвы. Ночной город сияет огнями, и даже сверху чётко видны тёмные пятна: Лосиный Остров на севере и Ботанический сад чуть правее. Самолёт взял курс на Нижний Новгород, а рядом с Дзержинском развернулся в сторону Самары.
Обслуживание началось почти сразу. Принесли заранее выбранный на сайте спецрацион — фруктовый. Выбор пал на него исключительно из любопытства: в час ночи голод особо не мучает. Всё было в толстой пластиковой брендированной посуде, а фрукты… ну, фрукты как фрукты. У Etihad даже в экономе подают металлические приборы, а наши авиакомпании в России, как говорят, стали с этим поосторожнее. Минус предварительного заказа в том, что когда уже всё съедено, начинается настоящее обслуживание. Экипаж предлагал всё сразу: воду, соки, газировку, большой выбор напитков для взрослых и тут же питание. Решено попытать удачу и сделать вид, что ничего не ел. Вы же никому не расскажете? Изображаю обычного голодного пассажира посмотрим, как работает актёрская школа эконом-класса.
В системе развлечений несколько телеканалов в прямом эфире; в этот момент шла трансляция этапа, кажется, «Формулы-1». Насчёт прямого эфира полной уверенности нет, но слово Live там было. Тем временем очередь дошла и до моего ряда. На выбор три варианта: курица с пюре, рис с говядиной и вегетарианская паста. Бортпроводник с явным энтузиазмом и вниманием рассказывал каждому пассажиру, что именно сегодня подаётся. Мой выбор будет паста. Всё не доел, но манго-чизкейк выше всяких похвал. Порция, может, и не рекордная по размеру, зато вкус вполне на уровне. О том, как отдавались обратно два подноса, лучше умолчать, получилась у меня прямо отдельная операция. На ночных рейсах это уже почти традиция: найдётся пассажир, которому срочно нужно открыть иллюминатор на всю катушку, посреди темноты. Остальные получают бесплатный рассвет за пару часов до пробуждения. Маршрут проходил восточнее: и над Каспием, и над Ираном в районе Тегерана.
В полёте работал Wi-Fi, а зарегистрированным в программе лояльности авиакомпании предлагали бесплатное общение в мессенджерах на всё время полёта. Картинки в этом случае не грузятся, зато текстовые сообщения в популярных мессенджерах отправляются легко. КВС пожелал всем доброго утра и сообщил: в Абу-Даби отличная для шести утра погода — тридцать градусов. Через десять минут начнётся снижение, через тридцать пять уже посадка. Экипаж как-то лениво проверил у всех ремни, иллюминаторы открылись автоматически, самолёт начал маневрировать. На часы через бесплатный Wi-Fi пробилось сообщение от Google о задержке на 37 минут.
Внизу — аэропорт Дубая, и виден Airbus A380 авиакомпании Emirates рейсом из Амстердама, который пролетает для захода на посадку. Дальше центр с небоскрёбами и утренний отель «Парус», все-таки красиво смотрится. Через мгновение появляется Пальма: глядя с высоты, сложно представить, как всё это можно было так точно спроектировать и построить. Пилоты начинают более активное снижение, параллельно выпуская воздушные тормоза, — самолёт начинает потряхивать. На экранах появилось предложение оценить полёт. Конечно, на пятёрочку: мне всё понравилось! Ещё несколько правых разворотов, выпуск механизации крыла и заход на посадку. Заметно, как активно работает одна часть крыла. Кто-то сзади громко спрашивает: «А почему здесь везде песок?» Ближе к аэропорту появляются дома и зелёные деревья. Какое сложное крыло, все механизмы работают слаженно ради безопасной посадки. Этот вид восхищает всегда.
На рулении показалось здание терминала и стоящий на удалённой стоянке A321 авиакомпании Wizz Air Abu Dhabi. К сожалению, тем же летом перевозчик принял решение закрыть здесь базу с сентября: официально из-за жаркого климата, неофициально из-за неполучения доступа к маршрутам в Индию. Рулит Airbus A321 Etihad, прилетевший буквально за десять минут до нас из Эр-Рияда, столицы Саудовской Аравии.
Какая красивая диспетчерская вышка! С первого взгляда напоминает раскрытый парус — изящная, плавная, будто ветер уже наполнил её форму. В интернете пишут: высота 110 метров. Впечатляет.
Дальше — долгое руление по перрону: несколько поворотов, медленное движение, вся эта наземная экскурсия заняла минут пятнадцать. Вдруг взгляд цепляется за Boeing 737-800 в незнакомой ливрее: Badr Airlines. Ого, суданский перевозчик! Никогда о них не слышал. Как выяснилось, через полтора часа он улетает рейсом в Порт-Судан. Наконец стоянка. Вовсю слепит солнце, на улице явная жара. На бетоне заметны следы от резины: кто-то дрифтовал около самолётов? Как только остановились, все сразу же встали и начали готовиться к выходу. Минут через пять пригласили на выход и пожелали прекрасного дня. Салон после пятичасового полёта остался, на мой взгляд, довольно чистым; эконом-класс Etihad на Boeing 787-9 понравился. Под телетрапом уже готовилась целая бригада сотрудников им предстояло приводить салон в порядок. Если внутри рукава было жарко, то в терминале встретила прохлада: пассажиры сонно двигались по бесконечному переходу в сторону трансферной зоны или выхода в город.
Пересадка восемнадцать часов в Абу-Даби
В центре терминала развилка: прямо пойдёшь — на трансфер попадёшь, вниз пойдёшь — в город выйдешь. Поворот налево и эскалатор в сторону границы, хотя практически все с рейса направились прямо. Следующий рейс в Нью-Йорк у меня через восемнадцать часов: такая стыковка выбрана осознанно, хотелось прилететь в США утром в субботу. Этажи вниз и снова восторг: какая классная воздушная архитектура у терминала. На границе буквально никого: ничего не спросили, отсканировали паспорт с лицом и пропустили в город — даже посадочный показывать не пришлось. А форма зала это как люстра в большом музее.
Зона выдачи багажа огромная и пустынная: не повезёт тому, чей багаж выдаётся на первой ленте, можно сделать дневную норму по шагам. Выход в город через зелёный коридор. Багаж зарегистрирован сразу до Нью-Йорка, на пересадке встречи с ним нет; всё нужное с собой в рюкзаке.
Особых планов нет: добраться до центра, а дальше видно будет. Быстрее всего, конечно, такси, но есть и обычный автобус. Утро раннее, спешить некуда — значит, общественный транспорт. На стойке покупаю транспортную карту Hafilat на 30 дней: стоит 10 дирхамов, и это депозит, с которого списываются поездки. Сотрудники на улице сразу спрашивают, куда ехать. Всё организовано удобно, но стоять жарко; вокруг в основном сотрудники аэропорта и трудовые мигранты. Зайти в автобус первым не получилось, но водитель почему-то оставил первый ряд. Неожиданно.
Аэропорт находится далеко от центра: минут двадцать по шоссе плюс частые остановки. В итоге автобусом около часа, на такси было бы минут восемнадцать. На входе и выходе все прикладывают карточки к валидатору; сколько списалось, так и осталось загадкой — подозреваю, 3,72 дирхама. Конечная — автовокзал в центре города. Вокруг непривычно тихо. Обстановка сразу ощущается другой, не как в Дубае: здесь всё спокойнее, сдержаннее, чувствуется более традиционный арабский уклад. Открываю приложение Google Maps и первая мысль, которая приходит в голову это кофейня Starbucks. Оказалась буквально рядом, Туда и направлюсь спасаться от жары. Где-то встречалось про отсутствие пешеходной инфраструктуры в Абу-Даби но нет, в этой зоне с этим всё в порядке: просторные тротуары и пешеходные переходы. Нарушать не будем: машины отсутствуют, но зелёного сигнала светофора дождёмся.
Starbucks находится внутри торгового центра Abu Dhabi Mall, который в этот момент ещё не открылся, но кофейня на втором этаже сбоку уже работает, даже посетители есть. Большой чёрный горячий чай — и пауза: зарядить гаджеты, в самолёте не сложилось. Вилка не подходит, в Эмиратах же британский стандарт розеток. Колониальное наследие… А переходник остался дома. На этапе планирования такой долгой пересадки виделась прогулка на весь день, но температура и внезапно возникшее желание спать внесли коррективы. На Trip.com за рубли нашёлся недорогой отель поблизости и вперёд, в надежде, что вдруг заселят на четыре часа раньше стандартного времени. Отель Kingsgate находится внутри жилого блока, рядом с мечетью и большим супермаркетом. Отзывы противоречивые, но задача — фактически только принять душ и поспать несколько часов. Заселили. Теперь сам номер: в нем холодно, и за такие деньги я считаю шикарно, ещё и полноценная ванна. Нужно было сразу в отель ехать. Вид из окон на дорогу — ну это для меня неважно, а главное, светонепроницаемые шторы. Окна не открываются, звук улицы практически не слышен.
Несколько часов сна, потом дела, прогулка по округе — и вот восемь вечера, пора выезжать в аэропорт. Автобусная остановка где-то в десяти минутах ходьбы, но жара такая, будто вокруг раскалённая печка, а в лицо ещё дует горячий фен. До остановки — и весь мокрый; значит, в аэропорт на такси. И тут случилось плохое событие. Минут двадцать назад пришло осознание что мои водительские права остались в Москве. И российские, и международные. А в США были планы на прокатную машину, которые уже не сбудутся: быстрого почтового сообщения нет, оперативно передать документы невозможно, и планы поменяются кардинально. Вывод простой: не собираться в спешке и помнить про чек-лист. Который, кстати, был. Ну вот не сработал.
Такси через приложение Careem, предварительная цена — 97 дирхамов. Вместо водителя в интерфейсе значился Your Captain Binod на сером китайском внедорожнике. Капитан оказался буквально за углом, и минут через двадцать — аэропорт. В приложении по ошибке был выбран старый терминал, но Бинод уточнил, куда рейс, и отвёз в новый, основной. Снаружи терминал напоминает песчаные дюны — будто вписан в пустынный ландшафт Эмиратов. Никаких, как у нас, шлагбаумов, талончиков и отсчёта минут: подъехал, высадил под навесами от солнца. Спокойно, с доверием.
Терминал имени Зайда и граница США до вылета
Зона регистрации — просто вау. Просторно и красиво. В интернете пишут что здание получило две престижные архитектурные награды. Титул самого красивого аэропорта мира и признание лучшим примером международной общественной архитектуры. На мой взгляд, это действительно новый уровень в проектировании транспортных узлов: когда появятся космические корабли, переделывать под межпланетные полёты почти ничего не придётся. Табло: рейс EY001, вылет в 2:35 ночи, регистрация в зоне C. Посадочный уже на руках, его выдали ещё в Москве; вопрос один: насколько заполнен самолёт и можно ли занять блок из трёх кресел. У стоек как-то пусто: либо будут свободные места, либо все летят с пересадками. Ответ оказался не самым приятным: самолёт полностью заполнен, и места лучше предложить не могут. Попросили обязательно наклеить бирку на рюкзак.
Формальности на границе Абу-Даби просты и быстры: скан паспорта, улыбка в камеру и зона досмотра. Обувь снимать не нужно, ноутбук из рюкзака доставать тоже: современные сканеры видят всё и так. А дальше огромный просторный магазин дьюти-фри, через который сложно пройти; цены, к слову, выросли. Пространство напоминает премиальный торговый центр: фуд-корт, маленькие магазинчики посредине, дорогие бренды — на порядок богаче, например, Гонконга.
Терминал раскинулся гигантской буквой X, от которой в разные стороны устремились четыре луча-коридора с выходами на посадку. Просторы здесь немалые, и при спешке путь превратится в настоящий марафон. У каждого выхода — мягкие удобные кресла, совсем не те пластиковые или железные ряды, что встречаются в большинстве аэропортов.
В дальней части зоны C на табличках — надпись US Preclearance. Это редкая и почти уникальная особенность Абу-Даби: границу США здесь проходят прямо перед посадкой, и рейс в Нью-Йорк формально становится внутренним. Впервые — посмотрим, как всё устроено. Рядом информационный стенд с картой всех аэропортов, где доступна такая процедура: большинство — в Канаде и на островах Карибского моря, и всего две точки в Ирландии. За два с половиной часа до вылета открыли проход в эту зону. Бизнес-класс шагает по прямому пути, а эконом отправляют на прогулку по змейке — успеть всем насладиться моментом. Внутри надписи на стенах недвусмысленно намекают: теперь вы почти «в Америке». Ещё в Шереметьево на посадочном и багажной бирке появилась отметка с четырьмя буквами S — она означает случайный выбор для вторичной проверки. Дальше — отдельная зона, просьба подождать, вопросы, откуда рейс и в каких странах довелось побывать за последний месяц, а затем минут десять тщательного осмотра каждой нитки на одежде и всех отделений рюкзака. Остальные пассажиры проходили стандартный досмотр.
Затем всех пригласили в зону ожидания и небольшими группами провели в основное пространство, где уже работали офицеры пограничной службы США. Атмосфера — будто уже в Нью-Йорке. Сотрудник на границе заметил четыре S, отсканировал паспорт с визой, попросил прокатать отпечатки пальцев и проводил в отдельную комнату без окон, с работающим на всю кондиционером. Вопросов было несколько: где остановлюсь и на сколько дней, чем занимаюсь, название отеля, когда и каким рейсом обратно. Потом, когда в последний раз довелось быть в США и чем занимаюсь в обычной жизни. И финальный: «Не везёте ли фрукты и овощи?» Ответ — нет. После этого — ещё одна дополнительная проверка с заполнением декларации, как можно понять, таможенной. Ещё пять лишних минут — и всё: формально уже на территории США, находясь при этом в Объединённых Арабских Эмиратах. Выход оттуда, прямо за дьюти-фри, с лёгкой нервозностью после множества вопросов и всей этой процедуры.
В зоне вылетов рейсов в США всего несколько выходов на посадку, и расположены они так, что из огромных окон почти не видно самолёт на перроне. До вылета остаётся полтора часа готовят красавца A350-1000, которому предстоит преодолеть около одиннадцати тысяч километров. В зоне ожидания небольшой магазин и компактное кафе. Из пограничного контроля выходит экипаж: они проходят его наравне с пассажирами. На рейсе работает внушительная команда: четырнадцать бортпроводников и три пилота, а может, и больше. За час до вылета пригласили на посадку пассажиров с ограничениями, бизнес-класс и родителей с детьми. Следующими — пассажиров последних рядов, а всем остальным громко и строго велели ждать дополнительного приглашения. На входе небольшая заминка: многие несут явно превышающие габариты сумки. У двери — наклейки с мировыми наградами авиакомпании; судя по ощущениям после рейса из Москвы, награды вполне заслуженные.
Airbus A350-1000 Etihad: тринадцать с половиной часов до Нью-Йорка
Салон встречает мягким сумеречным светом, будто за бортом только что скрылось солнце, — ощущение вечера. Ориентируются на время в точке прилёта? Кресла строгие, спинки, кажется, выше, чем на Boeing 787, а экраны системы развлечений гигантские. Салон такой длинный, что не видно, где конец. Интернет подсказывает: модификация A350-1000 всего на 1,6 метра короче самого длинного пассажирского Airbus A340-600, а тот, помнится, сплошная летающая «колбаса». На регистрации был выбран 47-й ряд — ради хорошего вида на крыло. Идеально было бы остаться одному на блоке из трёх кресел, но про полный самолёт уже известно. Жаль. Подголовники, как и на предыдущем рейсе, фиксированы с одной стороны — интересное всё-таки решение. А вот шаг кресел, на мой взгляд, не самый большой: на Dreamliner был чуть больше. Зато экран перед глазами даёт ощущение небольшого кинотеатра. Два USB, гнездо для наушников, но обычную розетку найти не удалось — даже под сиденьем.
Заправка самолёта всё ещё шла. Насколько помнится, в России при нахождении пассажиров на борту действуют строгие ограничения и дополнительные требования это пожарная машина, дополнительный трап. Здесь же процесс идёт спокойно. Разделение по зонам работает отлично: весь поток пассажиров направляют сразу в хвост, и только потом постепенно заполняются передние ряды. Едва все зашли, в проходах появились первые следы пассажирских «сувениров», а приятный парфюм салона начал смешиваться с лёгким ароматом каких-то специй — особенность трансферных пассажиров, не иначе. На экранах высветилось: сейчас в Нью-Йорке шесть часов вечера. По атмосфере в салоне тоже уже вечер. С задержкой примерно в пятнадцать минут отогнали телетрапы и начали буксировку. Командир немногословно поприветствовал и сообщил: лететь около 13,5 часа, а перед посадкой в аэропорту имени Джона Кеннеди информации будет больше. На экранах включили инструкцию по безопасности последовательно на нескольких языках.
Запустились, началось медленное руление. Как-то особенно чувствовалась тяжесть самолёта перед таким длинным перелётом: максимальный взлётный вес этого типа аж 316 тонн. Меньше, чем у Boeing 777-300ER, но всё равно внушительно. Отдельная симпатия в A350 это небольшие экранчики-индикаторы ремней: смотрятся современно и стильно. На перроне проезжали мимо грузового Ан-124 авиакомпании Maximus Air Cargo из ОАЭ. Борт часто летает между Абу-Даби, Африкой и Азией. Ещё минут двадцать простояли в очереди на взлёт: в аэропорту было неожиданно оживлённо, трафик шёл один за другим, словно в час пик. Даже ночью жара за бортом и большой взлётный вес сказались на разгонной дистанции: разбег был длинным, а набор высоты плавным. Минут через двадцать после взлёта включили основное освещение и напомнили про работающий Wi-Fi: полный доступ без ограничения трафика на весь полёт стоил 25 долларов, а участникам программы лояльности предлагали бесплатный пакет для мессенджеров.
Туалет оформлен с явным дизайнерским подходом: плитка, как в восточном спа. Но никаких дополнительных удобств или подарков для пассажиров только мыло для рук. На экранах появилось видео: «Сейчас вам выдадут подносы с едой, поешьте и сложите обратно». Интонация и подход как для группы детсада. Может, это способ быть максимально понятными для всех аудиторий? Дальше раздали подносики с питанием: бутерброд, десерт и вода, плюс напитки, соки, газировки и крепкие. Вода и спать. Всем раздавали такой же дорожный набор с маской и берушами, как на предыдущем рейсе. Цель у меня конечно же максимально выспаться.
Глаза открылись над Тунисом; лететь ещё больше восьми часов. Иллюминатор, взгляд на небо и землю: пустыня, и ничего не видно. В салоне уже многие проснулись и ходили туда-сюда. Везение в чистом виде: сосед впереди спинку не трогал, и чуть больше пространства досталось на весь полёт. Соседи по креслу спали, поэтому тревожить их ради прогулки не хотелось. Через час началось новое обслуживание, формат расширенный: девушка с одной тележки наливала широкий выбор напитков, включая чай и кофе, а перед ней парень раздавал горячее питание. Всё происходило быстро, и каждый пассажир получал и еду, и напитки почти одновременно. Судя по времени это будет конечно же завтрак. На выбор куриные сосиски или вегетарианское блюдо: последнее получилось у меня загадкой по составу, но с очевидным индийским акцентом. Непривычно, а вот соседке из Хайдарабада понравилось.
Чай подают в плотных картонных стаканчиках и обязательно с деревянной палочкой — скорее всего, для размешивания сахара. Крепость чая тоже показалась местной особенностью, а вот размер порции считаю маловат. Экипаж снова с напитками: очередной шанс выбрать чай, кофе или что-то посильнее. Впереди ещё семь часов и можно наконец досмотреть сериал, который вечно «не успевал». За бортом остаётся остров Ибица, о котором говорят как о месте бесконечных вечеринок. Ночью в карман кресла заглянуть не удалось, но позже упущение было исправлено: внутри оказалась плотная и добротная инструкция по безопасности, наушники хорошего качества и дорожный набор, уже распотрошённый перед сном. Следующие четыре часа прошли в полудрёме. По пути в туалет взглянул на заднюю кухню. На ней готовили очередной сервис, для детей даже отдельные боксы с различными яркими супергероями. В системе развлечений есть и фильмы, и мультфильмы на русском. На третьем питании выбора не досталось. Мне предложили только баранину с рисом, десерт, немного салата наподобие оливье, булочка, масло и вода. Для долгого рейса количество разов питания много, но сухой воздух снижает аппетит.
Основная часть пассажиров из Индии и Пакистана. Соседка по креслу рассказала что у Etihad самые низкие цены на перелёты в США, в то время как прямые рейсы у национальной авиакомпании Индии Air India стоят вдвое дороже, а американские авиакомпании к ним не летают из-за закрытого над Россией неба.
Аэропорт JFK: прилёт в Америку без стресса как на внутреннем рейсе
Началось снижение. Виден Лонг-Айленд и военно-гражданский аэропорт. Пилот пожелал доброго утра и сообщил: прибытие в JFK будет на пятнадцать минут раньше плана, выход на посадку уже готов и ждёт. Экипаж без особого энтузиазма проверил ремни и попросил открыть шторки иллюминаторов. Вышли ненадолго над океаном, сделали правый разворот, выпустили механизацию и начали заход на 31-ю правую полосу JFK.
Внизу огромный деревянный променад, вокзал Лонг-Айленда, а затем зелёная паутина каналов, островков и болот заповедника. Над американскими пригородами взгляд невольно скользит по сотням голубых прямоугольников бассейнов и идеально вычерченным ромбам бейсбольных полей. Их форма узнаётся мгновенно. Шасси коснулись полосы мягко, за этим последовало резкое торможение и не менее резкий манёвр для съезда с полосы. JFK это вечный хоровод самолётов, где каждое движение должно быть быстрым, но безупречно точным.
Нас пропускает прилетевший из Кливленда, штат Огайо, CRJ-900 авиакомпании Delta — «длинный малыш» среди региональных самолётов. За ним борт JetBlue из солнечной Тампы, штат Флорида: нужно будет как-нибудь полететь этой авиакомпанией. Рядом ещё два борта JetBlue: один A320 заходит на посадку рейсом из Доминиканы, из города Сантьяго-де-лос-Кабальерос, о котором раньше слышать не доводилось, а второй готовится отправиться во Флориду, в Орландо. У терминала встречает Boeing 787-9 авиакомпании El Al, который прилетел из Тель-Авива ещё вчера и вылетит обратно только завтра. По субботам у них выходной, всё по канонам шаббата. Уважение к традициям получается прямо в расписании. Далее стоит Airbus A380 Emirates. Неделей ранее у него в полёте над Атлантикой произошёл отказ одного двигателя, однако рейс завершился благополучно; новостей по этому поводу было много, есть даже запись переговоров экипажа. После инцидента борт должны были отправить в Дубай на обслуживание, но он простоял в Кеннеди неделю. За ним стоит борт из Кении.
Рулим дальше и вижу выходы на региональные рейсы. Смотришь вниз, будто со второго этажа. Всегда поражает, сколько в США региональной авиации. Дальше стоит у терминала Boeing 787-9 LATAM из Сан-Паулу, девять часов в пути. Когда-то в этом городе украли телефон прямо в центре. Заруливаем к терминал около которого рядом стоит Boeing 777-300ER Air India, прилетевший из Мумбаи час назад. Ливрея авиакомпании нравится своей загадочностью. Раньше над иллюминаторами были декоративные «домики». Сотрудник перрона оживлённо машет палкой, будто дирижирует собственный такт руления. Надеюсь, нет.
Едва остановились, пассажиры сразу встали со своих мест и начали пытаться пройти хоть на метр быстрее соседа. Занятная деталь напоследок: если у нас конусы оранжевого цвета, то здесь они ярко-салатные. Интересно, почему?
Ну что же — привет, Нью-Йорк! Полёт прошёл сонно, и, наверное, даже классно, что приземлились утром: в девять, где-то на двадцать пять минут раньше. Весь день впереди. Таможни и границы на выходе нет, можно не торопиться. И хорошо что есть время оценить «пейзаж» за спиной в салоне самолета, а там мусор, фантики и даже спасательные жилеты, раскиданные под креслами. Экипаж провожает улыбкой, но в глазах немая реплика: «Мы в курсе, тут такое бывает часто». Одно дело случайно уронить что-то вниз. Но когда весь полёт под ногами растёт личная свалка практически у каждого пассажира это уже, мягко говоря, экзотика. Резкие фразы остаются несказанными: пусть всё спишется на утомительный перелёт и на то, что для некоторых этот рейс, возможно, был первым в жизни, и уж точно не мне судить их знание базового этикета. Для сотрудников клининга уборка лёгкой прогулкой не будет.
На выходе можно посмотреть на A350-1000 при дневном свете. Это второй борт «тысячной» модификации, поставленный в парк Etihad в 2019 году: в основном летает на дальних рейсах авиакомпании в США и Азию, иногда делает короткие перелёты в Индию. Длинный красавец. На заднем фоне поехал поезд AirTrain, на который после багажа и нужно. «Добро пожаловать в Америку» прозвучало пятнадцать часов назад, а сейчас — вход в зону вылетов как пассажир внутреннего рейса. Была бы стыковка, можно было бы без какого-либо контроля идти сразу к своему выходу и садиться в самолёт. Такой формат максимально удобен: первый прилёт в Америку — без стресса!
Дальше по указателям «выход в город» и «ленты получения багажа» к карусели номер 10, где уже началась выдача и людей не протолкнуться. Висит табличка о новых тарифах: при заказе такси или транспортной компании в аэропорт к поездке добавится $1,25 или $2 доллара. Ожидание багажа заняло минут десять, чемодан выдали в одной из последних партий, когда зона опустела. На вид всё нормально; скорее всего, его, конечно, вскрывали из-за SSSS на бирке и на посадочном талоне. Технически никаких проблем.
Вперёд, на межтерминальный поезд AirTrain. Из окна ещё один взгляд на A350-1000: фюзеляж и основные элементы конструкции у него более чем наполовину сделаны из композитных материалов, а ещё около 14 % из титана. Когда-то здесь был терминал TWA, а теперь отель с бассейном, из которого виден весь перрон. Мечта для любителей авиации и пункт, который надо однажды выполнить.
Нью-Йорк: Хай-Лайн, бейглы с лососем и Бродвей
На пару дней у меня будет Нью-Йорк, отель в центре, прямо в двух шагах от Таймс-сквер. До заселения ещё несколько часов. Мне Google Карты обещают час пути поезд до метро, потом синяя ветка прямиком в центр. Рядом с терминалом American Airlines стоят борта Qatar и Cathay Pacific. Получается представители альянса Oneworld в лицах. За ангарами второй «Дримлайнер» El Al, прилетевший из Тель-Авива в пятницу и готовящийся к ночному вылету в воскресенье: правило шаббата строго соблюдается.
AirTrain, соединяющий терминалы, парковки и зону проката автомобилей, бесплатный, но до станции метро проезд уже платный. Выезд из аэропорта напоминает обычное надземное метро: минут пять пути среди жилых домов и дорог и крупный транспортный узел Jamaica Station, где можно пересесть на метро или электрички, соединяющие Нью-Йорк с ближайшими крупными пригородами. Выход в город стоит 4,25 доллара*, дешевле, чем автобус-аэроэкспресс от метро «Ховрино» до Шереметьево в Москве. Первые траты в этой поездке. Наконец-то можно оплатить телефоном с привязанной картой иностранного банка, раньше такой возможности не было.
Дальше мне нужно на линию E, обозначенная синим цветом. Мне нужно пройти по улице. На выходе в лицо сразу ударяет смесь запахов: хот-доги, жареные орехи, пыль, металл, аромат тормозных колодок и шин, получается всё вперемешку со звуками сирен скорой помощи. Классический Квинс. И это прекрасно.
Вот это да: теперь в метро можно пройти и оплатить по карте или телефону! А ведь ещё недавно все жили с жёлтой классической MetroCard, которая то не считывалась, то размагничивалась как назло. Ура, прогресс. На станции в основном туристы. По громкой связи объявляют: в сторону Манхэттена поезда не ходят тк ведутся какие-то работы. Google Карты тут же подсказывают что при оплаченной поездке на метро можно пересесть на пригородный поезд. Станция рядом, выбора нет. На втором пути через три минуты будет поезд до Penn Station. Центр Манхэттена, кажется. Бегу и захожу а этот поезд. Кондиционер в вагоне охлаждает до мурашек, прямо как в Арктике зимой. свободных мест достаточно, мне где-то же нужно разместить чемодан. Только один вопрос висит в воздухе: «как теперь быть с билетом, если вход в метро был по телефону?» И вот контролёр за мной. Он знал о ситуации в метро, попросил показать в электронном кошельке, что поездка оплачена, и после этого пожелал счастливого пути.
Через пятнадцать минут поезд останавливается на конечной. Penn Station это сокращённо от Pennsylvania Station. В вагоне за время поездки успеваешь замёрзнуть, а на перроне сразу накрывает жар от нагретых поездов. Здесь пересадки на составы до Нью-Джерси и дальние поезда Amtrak. Турникетов на выходе нет, билеты проверяют прямо в вагоне проводники. Все пути и платформы находятся под землёй, а над ними знаменитая арена Madison Square Garden. Звучит удобно, но найти выход на улицу это прямо отдельный квест. Вот и он: поток воздуха, уличные запахи Нью-Йорка. Всё то же, что и в Квинсе, только добавляется липкая жара и громкие разговоры прохожих. Все спешат, что-то обсуждают, в голос. Две минуты на рекогносцировку. Карта показывает что мне вверх по Восьмой авеню, кварталов восемь.
Здесь уже чувствуется пульс города, а именно жёлтые такси мелькают среди вечного уличного ремонта, повсюду архитектура в самых разных проявлениях. От уличного искусства до рекламных конструкций, ставших частью городской сцены. Всё это конечно же некая сложная смесь современности и зданий начала века, где бетон, сталь и обязательные пожарные лестницы образуют особую визуальную симфонию. На пути встречаю здание газеты The New York Times с красивым фасадом, а перед входом идёт шумная, но малочисленная демонстрация. Основную суть претензий лучше пропустить. С Восьмой авеню перехожу на Девятую, и вот уже высокое здание отеля. Летом найти в Нью-Йорке жильё по вменяемой цене это задача почти невозможная. В среднем цены начинаются от $200–$250 за ночь за комнатушку с не самыми лучшими отзывами, а хостелы получаются не сильно дешевле. На нужные даты лучшее предложение нашлось на Trip.com и отель Pod Times Square, около 150 долларов за ночь с налогами и сборами, оплата картой «Мир» в рублях. Выбор строился на местоположении на Манхэттене, стоимости и более-менее позитивных отзывах.
Сначала с улицы нужно войти в лифт и подняться и только потом увидел ресепшен. Pod это небольшая отельная сеть, где всё минималистично и без излишеств. Наверное что-то среднее между отелем и хостелом, но при этом отдельная комната есть. На ресепшене попросили карту зарубежного банка и заморозили 50 долларов депозита. Вернут. Когда-то. Заселение с двух. Оставить багаж можно, но сотрудник с серьёзным видом попросил чаевые… за открытие двери в кладовку рядом с ресепшен; чемодан внутрь поехал самостоятельно. Чаевые это тема конечно тонкая, о ней стоит сказать отдельно. Мелких купюр с собой не оказалось, а обещание принести позже прозвучало честно.
До заселения оставалось около двух часов. Время прогуляться где-нибудь вокруг. В нескольких кварталах от отеля зелёный променад на месте старых железнодорожных путей. На его конце находится архитектурное сердце района и точка притяжения — 16-этажная структура под названием Vessel. Название можно перевести как «сосуд», «чаша» или даже «корабль». По замыслу авторов, это пустая форма, которую наполняют люди, их движение и эмоции: без них получается просто сталь и геометрия, с ними появляется как будто живой организм. Выглядит эффектно, все фотографируются. Вход платный, около десяти долларов, а на восход или закат нужно бронировать заранее. Разворот и в обратную сторону. Этот парк называется High Line. Когда-то здесь грохотали товарные поезда, а сегодня это один из самых атмосферных садов Нью-Йорка. Рельсы тянулись прямо над улицами, как по виадуку, и обслуживали склады и фабрики Челси: молочные, мясные, типографии; вагоны въезжали прямо внутрь зданий. В девяностых линию хотели снести — как промышленный пережиток, уродующий город, но местные активисты сумели её сохранить, превратив в символ перерождения индустриального Нью-Йорка.
Некоторые виды заставляют замереть. Эмпайр-стейт-билдинг возвышается над городом как воплощение его энергии и духа, где-то там, наверху, смотровая площадка. Челси для меня отдельное удовольствие. Идёшь по парку, наслаждаешься арт-объектами, а по пути случайно заглядываешь в окна галерей и квартир. Что поделать, заманчиво. Склады давно превратились в дизайнерские лофты и кофейни с видом, а дома из старого кирпича теперь хранят панорамные окна дорогих интерьеров. Место, где легко пересекаются совершенно разные жизни. В самом конце находится рынок, но не в этот раз. Я заходить в него сегодня не планирую. Обратной дорогой к отелю замечаю пиццерию с огромной очередью. Ближе — конечно, это Joe’s Pizza, та самая, где Питер Паркер подрабатывал в перерывах между спасением мира. Теперь понятно. Нужно будет пересмотреть фильм про Супермена.
Дальше мне приходит неожиданная мысль в момент когда мимо меня проезжает много много желтых машин такси. А когда в последний раз доводилось поднимать руку, чтобы поймать такси? Всё давно через приложения. А здесь все еще как в кино. Один взмах, и жёлтая машина тормозит у тротуара. Нью-Йорк по-прежнему в форме как сердце атлета.
Ровно в два часа получаю на ресепшен отеля Pod Times Square карточку от номера. У меня одиннадцатый этаж. Посмотрим, какой «люкс» достался за эти деньги в разгар туристического сезона. Главное что есть собственный туалет и душ, никуда идти не нужно. Полотенца, мини-набор шампуней. О, неожиданно: двухэтажная кровать, как в плацкартном вагоне. Интересный подход. На каждом ярусе по телевизору, матрасы выглядят объёмными, спать должно быть вполне комфортно. Осталось понять тариф: подешевле на втором этаже, подороже снизу. Для ночёвки с такими переменными что лето, Нью-Йорк да еще и с собственным туалетом считаю всё отлично.
Немного сна и в закатный час путь в магазин на вокзале Гранд-Сентрал. По дороге вижу здание PanAm Building, бывшая штаб-квартира легендарной авиакомпании Pan American. Раньше на нём висел другой логотип, а сейчас там офис страховой компании. У входа в вокзал снова много жёлтых такси: пассажиры выходят с поездов, кто-то тут же запрыгивает в машину. Свободную узнать легко, на крыше светится номер. Ну что сказать — Grand Central производит впечатление. Даже названия улиц звучат с пафосом: Vanderbilt Avenue! И это ещё до того, как замечаешь гигантского орла с раскинутыми крыльями на фасаде вокзала. Снаружи как дворец, внутри будто где-то в Риме, только с кондиционером и айфонами. Всё это великолепие не просто сохранилось, оно живёт: билетные кассы выглядят как арт-объекты — латунные решётки, стекло, таблички с надписями, — но всё по-настоящему, билет продадут, как и сто лет назад. В этом городе история не выставляется напоказ, она продолжает работать. Магазин Apple встроен в вокзал так органично, будто был здесь всегда и интеграция архитектуры и современности на каком-то невероятном уровне.
Следующее утро. Завтрака в отеле не предусмотрено и хорошо, наверное. Недалеко обнаружилась точка культового кафе, которое уже больше века готовит, пожалуй, лучшие бейглы, по версии туристов, конечно же. Оригинал находится в Ист-Виллидж, там доводилось бывать давно и там тесное пространство, всегда очередь. Видно, решили немного расшириться. Russ & Daughters это про бейглы и рыбу. Всё просто и сложно одновременно. Сначала нужно выбрать хлеб, я выбираю классический Everything Bagel, по-русски, пожалуй, «бейгл со всем» — мак, кунжут, лук, чеснок, соль. Дальше нужно выбрать рыбу из отборного лосося со всего мира в разных форматах. Nova Scotia Lox, классика, канадский слабосолёный. Потом сыр, обязательно сливочный, но там выбор на целую страницу. Всё собирают вручную, можно попросить добавить и другие ингредиенты. Цена одного бейгла выходит как у полноценного обеда — $21. Но это Нью-Йорк, город никогда не был дешёвым. Считаю что этот бейгл у них как произведение искусства. Хруст корки, упругий, не резиновый хлеб, тонкий слой идеального сливочного сыра и нежнейший, почти невесомый лосось. Хочется замереть и запомнить этот миг. Вот за такие моменты и стоит просыпаться в этом городе.
Насыщенной получилась и вся программа этих дней. Почти по 35 тысяч шагов ежедневно. Метро, кстати, показалось чище, чем раньше: поезда ходят часто, без задержек, и ни разу не встретилось то, о чём обычно пишут в соцсетях про безопасность. Возможно, всё это за пределами центра — или в интернете нагнетают. В жару спускаться под землю непросто: на платформах душно, почти баня, а в вагонах кондиционеры работают на полную. Перепад температур резкий, поначалу можно и простудиться.
Вид на город с бруклинской стороны особенно фотогеничен. А ещё пар, как в фильмах, на месте и действительно выходит из люков на улицах: где-то на тихой стрит, где-то посреди Пятой авеню, недалеко от Центрального парка и отеля «Плаза». Это не спецэффекты, а ошибки системы парового отопления города. Вечером на Таймс-сквер, как всегда, толпа. Протиснуться сложно: повсюду туристы, со всех сторон вспышки рекламы и анимация. Глаза не успевают за потоком, и в какой-то момент уже непонятно, куда смотреть и что происходит. Но атмосфера на удивление добрая, всё вокруг заряжает: хочется поднять голову, стоять, наблюдать и улыбаться. Группы молодых людей танцуют, снимают тиктоки; не всегда понятно, что за персонажи, но в этом и есть суть всемирно известного места это постоянный перформанс. В некоторых зонах расставлены уличные столики, абсолютно для всех: если повезёт найти свободный, можно устроиться, наблюдать происходящее и чувствовать себя зрителем в самом центре большого спектакля.
Следующее утро выдалось идеальным: прохладным, серым и чуть дождливым. Разница во времени дала о себе знать: ранний подъём, простой сэндвич из магазина и в Центральный парк. До полудня здесь все бегают, тянут мышцы, дышат. Такая утренняя дисциплина Нью-Йорка вдохновляет! С тех пор, по возвращении в Москву, привычка хотя бы немного повторяется. Вблизи парка находится один из крупнейших и самых известных художественных музеев мира. Давно хотелось туда заглянуть, особенно после прочтения «Щегла». Почему бы не сейчас? Здание огромное, обойти всё за несколько часов невозможно, поэтому только несколько залов. Долгая остановка у работ Рембрандта, особенно около автопортрета, и у нескольких полотен Пабло Пикассо. К полотнам можно подходить почти вплотную; некоторые пространства хочется изучать часами. Если бы не высокая стоимость проживания в Нью-Йорке то я бы с удовольствием остался бы ещё на день, только чтобы провести его здесь. Есть и масштабный египетский зал, но лично для меня Египет это то, что нужно смотреть всё-таки в самом Египте.
Цены в Нью-Йорке не самые демократичные: в пиццериях кусочек обычно стоит от десяти долларов. Тем удивительнее вывеска с ценой 1,50 доллара буквально у отеля и, судя по числу посетителей, место популярное. Сразу вспоминаются черепашки-ниндзя когда в мультиках из детства их любовь к пицце была по-настоящему трогательной. Они, конечно, предпочитали странные вкусы я помню. Мой выбор пал на классику — маргариту. Именно то, что ждёшь от нее. Тонкая хрустящая основа, тягучий сыр, и каждый ингредиент чувствуется. Удовольствие такое с оттенком ностальгии. А за углом, на перекрёстке, небольшой фургончик с мороженым. Издаёт характерный, немного скрипучий звук, привлекая детей. Устоять не вышло, взял классический рожок, его макнули в вишнёвый топпинг. Да, жирненько. Но как вкусно.
Завершающий вечер в городе у меня это Бродвей и мюзикл. Есть специальный сервис, который в день показа предлагает билеты по сниженной цене, те, что не успели раскупить заранее. Сервис называется TKTS. Иногда можно попасть на топовое шоу с большой скидкой. На кассе прозвучала просьба о совете. Какое шоу мне выбрать? Девушка-кассир порекомендовала мюзикл «& Juliet» и с улыбкой добавила что мне повезло, досталось отличное место в партере. Через час иду в театр недалеко от Таймс-сквер. Зрители в основном американские туристы. Описание удалось прочитать быстро и что сюжет строится на вопросе — что, если бы Джульетта решила не следовать за Ромео? Игра артистов потрясающая, пели хорошо. Особенно впечатлила Джианна Харрис в роли Джульетты, ее голос, подача, всё на высоком уровне. А вот сам сюжет оказался с множеством неожиданных трактовок и сцен. Зал то смеялся, то напрягался, некоторые зрители прикрывали глаза, другие качали головой и повторяли: «Нет, ну нет…» Интерпретации бывают разными. Этот вечер явно запомнится. Мюзикл закончился, поздний вечер, хочется спать, а Нью-Йорк не спит. Вот таким увидел город.
Несколько наблюдений напоследок. Чаевые проникли в новые сферы: там, где раньше они были жестом благодарности, теперь кажутся чуть ли не обязательным элементом, и ожидаемая сумма заметно подросла. А ведь, по-хорошему, это всё-таки должно быть по заслугам, а не по умолчанию. И второе это конечно же еда. Цены изменились почти в два раза, даже в обычных супермаркетах.
Обратный путь: Чикаго О’Хара
На этом нью-йоркская часть заканчивается, но у истории есть продолжение. Это обратная дорога. Начинается она спустя несколько недель, уже в Чикаго.
Ночёвка перед вылетом в отеле Hyatt Regency Chicago O’Hare. Огромный бетонный массив, классический брутальный модернизм конца шестидесятых: тогда казалось, что светлое будущее будет выглядеть именно так. Ближе всего определение «крепость путешественника»; кто-то в интернете остроумно назвал это место «бетонным собором авиапассажира», которому нужно всего лишь где-то переночевать. В основном тут останавливаются те, у кого стыковка, или участники мероприятий в соседнем выставочном центре: на дверях некоторых номеров висят украшения и декорации — похоже, там живут участники какого-то конкурса или фестиваля. Размеры отеля хорошо показывает парковка для чемоданов тех, чей номер ещё не готов.
Находится всё это в городке Роузмонт, в десяти минутах пешком от станции метро, откуда минут за сорок можно добраться до центра Чикаго. Вокруг много других отелей и большой аутлет с магазинами. Сам аэропорт О’Хара имеет восемь взлётно-посадочных полос, только представьте, он может обслужить 2800 рейсов в сутки. Вылет в час с чем-то дня. В одиннадцать утра есть бесплатный шаттл у входа в отель, который ходит буквально каждые десять минут, поток гостей из этого гиганта постоянный. Терминал номер пять, откуда вылетает рейс, на маршруте первый. Водителю даю два доллара чаевых за помощь с чемоданом, а в это же время другой пассажир оставил десятку. В зоне регистрации, как и при полёте сюда, много пассажиров из Индии и Пакистана. Очередь идёт быстро. Буквально пятнадцать минут и уже проверка паспорта, посадочный, багажная бирка на чемодан. Etihad на рейсах в США разрешает сдавать по два места на пассажира, по 23 килограмма. Следующий шаг будет внимательный и обязательный контроль службы TSA. Пройден быстро, и вот уже зона вылета. Самый ближний выход как раз рейс в Абу-Даби. Сквозь стекло виден A350-1000, который уже готовят к полёту. До начала посадки сорок минут можно прогуляться и осмотреться. Самолёт будет на рейсе тот же тип, что и в начале этой истории, по пути в Нью-Йорк. Кстати, это самый первый A350-1000, поступивший в Etihad в 2019 году, его бортовой номер A6-XWB. Сейчас его готовят к долгому перелёту обратно в Абу-Даби. На перроне занятная разметка с внушительным списком под разные типы самолётов. В здании терминала идут три пилота. На чемодане у одного ремувка польской авиакомпании LOT, а на одной из стоянок их Boeing 787-8 готовится улететь рейсом в Варшаву: время в пути восемь с половиной часов. Заруливает A321neo мексиканской авиакомпании Viva, прилетевший из столицы Мексики города Мехико. Правый двигатель на время руления остановлен.
Тем временем началась посадка по группам. Из эконома первыми пригласили пассажиров с местами дальше 45-го ряда — как раз подходящий случай: на обратном пути место справа, в 48-м ряду. Борт идентичный, и пространство для ног не изменилось. На перроне буксируют Boeing 767-300ER авиакомпании United, прилетевший ранним утром из Лондона, скорее всего, в Терминал 1, откуда вылетают рейсы этой авиакомпании и откуда он, кстати, вечером снова улетел в Лондон. Самолёту 32 года и он выглядит отлично. Заруливает Boeing 787-8 Austrian Airlines рейсом из Вены, как-то незаметно прошёл момент, когда австрийцы начали использовать «Дримлайнеры»; время полёта у него составило девять часов. Из Мюнхена прилетел A350 Lufthansa: к новым цветам авиакомпании, без привычного жёлтого круга на хвосте, привыкнуть всё ещё сложно. А теперь Boeing 787-8 American Airlines, прилетевший из итальянского Неаполя. В тему вспомнилась недавняя новость: American Airlines в последний момент заменили борт на рейсе в Неаполь. Модификацию 9 вместо 8-й, и это стало проблемой. Оказалось, аэропорт Неаполя сертифицирован только для приёма восьмой версии, а удлинённая «девятка» не подходит по категории пожарно-спасательного обеспечения и длине полосы. Экипаж узнал об этом буквально перед заходом на посадку и был вынужден уходить в Рим, а пассажиров, отлетавших больше восьми часов через океан, в итоге пересадили в автобусы.
На рейсе тем временем закончили посадку, сделали все объявления и началась буксировка. КВС вышел на связь: сегодня на рейсе два командира, Оскар и Луи, и второй пилот Мэтью. Нам предстоит лететь долго 14 часов 15 минут. Запустились, началось руление. Около терминала стоял A330 из Рима авиакомпании ITA. Полностью синяя ливрея нравится, а вот название не очень, предыдущее Alitalia прямо звучало. За ним 737-800 Aeromexico, прилетевший из второго по величине города Мексики Гвадалахары. Насколько известно, это культурная столица страны, как у нас Санкт-Петербург. Вот бы побывать. Рядом 737-800 Southwest из Денвера: ливрея этой авиакомпании почему-то ассоциируется с теплотой и любовью.
Какая милота. Увидел Airbus A320neo Frontier в ливрее с опоссумом по имени Джои. Авиакомпания, на которой ещё не довелось летать. У них каждый самолёт имеет своё индивидуальное животное и имя, аккуратно написанное на носу. Этот прилетел из Хьюстона, а через несколько часов Джои отправится в Сан-Диего. Рулим мимо выходов на посадку для региональных рейсов. Как и в Нью-Йорке, телетрапы здесь необычно низкие; интересно, как именно они стыкуются с самолётом, у которого дверь и трап одна сущность? Мимо проезжает автобус American Airlines бортовой номер разобрать не удалось. У блогера Noel Phillips есть видео о том, как авиакомпания предлагает часть региональных рейсов проехать на автобусе вместо самолёта: покупаете билет на самолёт к родственникам, а часть пути проходит, не отрываясь от земли. На заднем фоне увидел отель, из которого, наверное, открывается потрясающий вид и на перрон, и на несколько взлётно-посадочных полос. Малыш Embraer, прилетевший из города Литл-Рок, штат Арканзас: формально рейс выполняется региональным партнёром, но под брендом American. Boeing 757-200, прилетевший из Эдинбурга: несмотря на узкий фюзеляж, авиакомпания активно использует его на трансатлантических маршрутах. На соседнюю полосу приземлился CRJ-200 из городка Кирксвилл в штате Миссури.
Не останавливаясь, начали долгий разбег, а потом плавный взлёт. Ещё долго под крылом тянулись многочисленные пригороды Чикаго; увидеть озеро Мичиган хотелось, но облака внесли коррективы. Минут тридцать продолжался набор высоты, и сразу после выключения табло «пристегните ремни» началось обслуживание. Выбор напитков показался разнообразнее, чем на рейсе в Нью-Йорк, или просто раньше не бросился в глаза: большинство бутылок скрыто за чёрным чехлом, но ассортимент большой. На горячее предлагали курицу с чем-то и вегетарианскую опцию, её и взял. Рис с сыром панир в соусе карри, салат и десерт. Еда ориентирована на пассажиров, летящих в Индию и Пакистан.
Спустя час всех попросили закрыть шторки иллюминаторов и выключили свет. На кухне в хвосте самолёта работал небольшой снэк-бар для пассажиров: шоколадки Oreo, соки, вода и горячие напитки. Часть пространства при этом использовалась для молитвы и её огораживали отдельно. Мусор бортпроводники предлагали выкидывать самостоятельно и такого на других полётах не припомнится. При этом уровень сервиса был на высоте: команда постоянно предлагала всё возможное для удобства, достаточно было встретиться глазами.
В середине полёта предложили десерт с бутербродом, дальше часов пять сна и уже завтрак перед посадкой. На этот раз мне предложили выбор между омлетом с курицей и палак-паниром с рисом; взят последний. Если индийская кухня не близка, лучше заранее заказать какое-нибудь спецпитание. Большинство пассажиров летит в США именно из этого региона. Около Абу-Даби получился красивый заход на посадку: над заливом, над огромным аквапарком, где видны отдыхающие, а отдыхающим, соответственно, прекрасно видны самолёты. Отличный споттинг из бассейна. И над крышей комплекса Ferrari World, сходить в него в моих планах, пишут, всем нравится. Сразу за ним полоса, куда самолёт, существенно полегчавший после четырнадцатичасового перелёта, аккуратно приземлился. Жару на улице можно показать без единого слова: одежда сотрудников перрона как будто из мира «Дюны». Начали выгружать контейнеры и объявили, что на улице 42 градуса, выходить не мне не хочется конечно же. Было любопытно, будет ли салон отличаться после обратного рейса из США, и, к сожалению, оказалось так же грязно, как и по пути туда. Это печально: пассажиры всё кидают себе под ноги. Обратный перелёт дался как-то тяжело. В голове глубокая ночь по чикагскому времени, хочется побыстрее в отель и спать.
Ночной рейс в Москву на Etihad Airways
Рейс в Москву был не сразу. В Эмиратах оставались небольшие дела. Вылет ночным рейсом EY841, и за окном у выхода обнаружился интересный борт это 787-10 в уникальной зелёной раскраске Greenliner. Это экосознательное оформление, подчёркивающее экологичность таких современных самолётов, как Dreamliner. Этот борт уже встречался когда-то, кажется, на Пхукете, как классно полететь на нём в Москву.
Салон был заполнен полностью, вылет вовремя. Питание начали предлагать за два часа до посадки в Шереметьево: выбор между омлетом и сладким бриошем, дополнительно десерт, фруктовый салат, джем и круассан. Командир по громкой связи сообщил: до Москвы осталось 180 миль, начинается снижение, прилёт на сорок минут раньше, ожидается десятиминутное руление. В Москве была плохая погода с низкой облачностью, и что-то в иллюминаторах стало видно только перед самой посадкой. Привет, пасмурное Шереметьево, я сильно соскучился.
Итоги
Летать с Etihad понравилось: всё продумано и комфортно. Однако некоторые моменты можно улучшить тк в аэропорту никто не захотел помогать с вопросом переоформления билета и говорили «звоните по телефону» или «идите к другому». Ну и то, что на рейсах в США доминирует индийская кухня. Если бы это было известно заранее, отдельное питание было бы заказано на все сегменты.
Спасибо, что дочитали эту длинную историю.
Частые вопросы о маршруте Москва — Нью-Йорк через Абу-Даби
Можно ли лететь из Москвы в Нью-Йорк через Абу-Даби?
Да, маршрут через Абу-Даби остаётся одним из рабочих вариантов
Где проходит граница США на рейсе Etihad из Абу-Даби?
На рейсах Etihad в США пассажиры проходят US Preclearance прямо в аэропорту Абу-Даби
Нужно ли получать багаж при длинной пересадке в Абу-Даби?
Если багаж зарегистрирован до конечного пункта, обычно получать его на пересадке не нужно
Сколько длится перелёт Абу-Даби — Нью-Йорк?
Около 13–14 часов в зависимости от ветра и маршрута.
- Видеоверсия этого путешествия на моем YouTube-канале «Oleg Remizov».
- У меня еще недавно был полет в Новый Уренгой, обязательно почитайте, и в Казахстан на рейсе SCAT и Qazaq Air.
- Если Вам интересно про четыре SSSS на посадочном, у меня также есть отдельная заметка с объяснением что это такое. Вот по этой ссылке.
* стоимость AirTrain — обычно его цена в два раза выше, но периодически летом есть скидка в связи с низким сезоном, на которую я как раз попал.
